Третий демон юркнул вперед, проявляя необычную для его брата прыть. Юноша, оторвав одну ногу от земли, резко повернулся в его сторону, чтобы увидеть блеск ржавеющей от давнишней крови стали, устремленной по направлению к его лицу. Поднятая в повороте нога взметнулась вверх – акробатический этюд, честное слово. Была в ордене одна такая девчонка, дерущаяся лишь маленьким обоюдно острым кинжалом, используя при этом все мастерство и потенциал своего тела. От кого же он слышал это? Данте, может, Неро?..
Да, и пусть юноша и не настолько владел своим телом, как та таинственная девушка, но все-таки уроки для начинающих акробатов мог уже давать. Его ноги оторвались от земли, на сантиметры разлучаясь с телом демона. Подошвы коснулись плоской стороны клинка по обоим бокам и резко рванули на себя. На мгновение Акира держался на земле лишь при помощи левой руки: правая была поднята в ударе. Выглядело это практически полностью неправильно: тяжелый демон, худой юноша, ногами «поднявший» эту тушу в воздух, держась сведенными стопами за поблескивающий клинок. Опора в виде руки выглядела сейчас настолько непрочной, что казалось, будто тонкая кость сейчас не выдержит, и вся эта «конструкция» рухнет одной бесформенной кучей. Мальчик издал низкое рычание, завершая удар – лезвие катаны впилось в шею демону, с противным звуком рвущихся мышц оно прошло тварь на сквозь. Описав широкую дугу, демон упал позади парня, тот же сгруппировавшись, вышел из кувырка, хлестнув мимолетом катаной демона, посягнувшего на его ноги.
Только юноша почувствовал твердую землю (уже) под ногами, как на него устремилось сразу два неприятеля: почти одновременно мечи низших направлялись с разных сторон к молодому полукровке. Сотору прыгнул, мысленно издав тяжелый стон. «Ну и сколько еще из меня будут делать циркового кролика?!» Парень проскользнул между лезвиями оружия демонов ногами вперед, цепляя одного из них (того, что метил в живот) кончиком лезвия за ряд ребер, скрывающих (если верить анатомии человека) его сердце.
- Дяденька... спасите... – тонкий, совсем еще детский голос казался галлюцинацией в голове Акиры, который уже отвык слышать в этом лесу что-либо, кроме звона сталкивающегося металла и противных звуков, доносившихся из глоток низших. Сначала Сотору даже не понял, к кому обращаются. Надо же, дяденька… Поэтому молодой охотник зашарил взглядом по поляне, пытаясь обнаружить таинственного «дяденьку»-спасителя, рискуя налететь на клинок демона. Искомый не обнаружился, но зато юноша смог удостоверится, что глюками не страдает – из кустов шатающейся походкой вышел мальчишка, скорее всего тот, что потерялся в лесу (Ну или охотника забыли предупредить о еще дюжине пацанов, затерявшихся в этих опасных дебрях).
Ангел-полукровка быстро сориентировался, стараясь не отвлекаться от боя всякими стонущими мальцами. Сначала разобраться с исчадиями ада, а уж потом геройствовать, сажая детей к себе на плечи и относя их счастливым родителям. Поэтому юноша сначала налетел на отвлекшегося, и поэтому замешкавшегося демона, пробивая ему грудную клетку серебряной лунью клинка катаны. Затем, отбросив вяло подергивающееся тело, шагнул к мальчику, быстро сокращая дистанцию.
- Ну все, малыш, все уже кончилось… Пойдем к родителям, герой! – полукровка улыбнулся, останавливаясь возле мальчика. Тот, хоть и выглядел сильно помятым, держался молодцом. Акира присел на корточки возле него, заглянув в глаза ребенку. Главное, чтобы тот не испугался своего спасителя. А то гоняться за ним по всему лесу… А испугаться мальчишка легко мог: клинок катаны целиком, по самую гарду, был заляпан кровью низших. Она же наблюдалась и на ладонях, и частично на лице охотника.